Нижеследующие прекрасные строки принадлежат перу наших друзей, поэтов-самоучек Алексея Свешникова и Дмитрия Иванова.

Сыскные будни турпоходов зимних.
Толпой садиться в поле на пенек.
И рыскать в поисках, и в поисках, и прежних.
И сказка — присказка и ложка в ней намек.


Души полосатой огромные дали,
Груди волосатой снега.
Тонули матросы — на помощь не звали,
Ведь крик — ориентир для врага.


Остатки древнего могильного кургана
Разрыли, нефть ища, буровики.
Их удавили с помощью аркана
Набожные седые старики.


И раз мы здесь, то где они?
Мы против, и давно.
Мы к торжеству вчера пришли,
Давя ногой босой.


Прости родных, простись и попрощайся…
Стыдливый плед невинной наготы…
Ломать — не портить.
Удмуртии сыны тире удмурты.
Черные усмешки полигонов.


Ушаты полные комбатов…


Причем Алушты нет уже на карте.
Прекрасен взор твой и горит чело.
Проснулись звери, как обычно, в марте
И принялись обгаживать село.


Приходит ночь, потемками гремя,
Потом она уходит. День приходит,
Гремя рассветом. Вновь приходит ночь,
Гремя потемками, а день опять уходит.


Накладки, кожухи, подкладки и прокладки,
Колеса, спицы, сало, утюги.
Плыл пароход, дрожали в трюме кадки,
Курили мичманы, стояли сапоги.


Перстней алмазы с глаз текут на землю,
Из тех алмазов золото горит…


Стонали ветры, с шумом гнулись сосны,
Алел рассвет, вдали пылал закат.
И вышел месяц, и заныли десны,
Пришла цинга, пришел и месяц март.


Бывало, выйду я на Дон,
Увижу корабли,
Сморкнусь задумчиво в туман —
И прочь с Большой земли.


Роптать и помнить — это ль не удел?
Смеяться, звать на помощь поутру.
Я при делах и вроде не у дел.
В дозоре ты, а я вперед смотру.


Сентябрьской порою я родился,
Не будь зари, ушел бы из села,
И с новою мечтою возвратился,
Но вот корову обесчестила судьба.